Андреа Палладио – архитектор, неподвластный времени

Часть 1, Часть 2, Часть 3

Архитектура – это язык общения разных поколений друг с другом. Соприкосновение с архитектурными памятниками разных эпох дает возможность вступить в увлекательный диалог с их создателями. С Андреа Палладио, выдающимся архитектором эпохи Возрождения, такой диалог продолжается уже пять столетий. В чем же суть его классической архитектуры и почему ее влияние оказалось столь значительным на все последующие поколения – архитекторов и обычных граждан, для которых понятие собственного дома неразрывно связано с идеализированным колоннадным портиком от Палладио?

Когда великий Гёте посетил постройки Палладио в XVIII веке, он записал в своем дневнике: «Чтобы оценить истинную красоту и гармонию пропорций этих великолепных сооружений, нужно видеть их своими собственными глазами».

Палладио создал формы, восходящие к истории и несущие в себе смысл, вложенный в них, безусловно, еще в древности. Однако они кажутся такими непосредственными и конкретными в световом и даже цветовом решении, что производят впечатление чего-то совершенно нового и современного. Зрительное впечатление от каждого отдельного решения отличается ясностью, точностью и законченностью целого. В тот же миг возникает живое и непосредственное осознание настоящего момента, глубины истории, абсолюта вечности. При помощи различных особых образов нам передается ощущение всеобъемлющего космоса.

Нет, наверное, такого места в Италии, которое не могло бы претендовать на культурную исключительность. В полной мере это относится и к Виченце. Расположен город недалеко от Венеции, первое упоминание о нем относится к 135 году до нашей эры. Прославил Виченцу архитектор Андреа ди Пьетро, построивший здесь множество замечательных зданий. Об этом архитекторе из крошечного итальянского городка Падуя написано немало. Его здания всегда привлекали множество паломников. С другой стороны, биография Палладио дошла до нас лишь отрывочно, и многое остается неизвестным.

Известные архитекторы того времени жили в Риме, Венеции и Флоренции и выполняли престижные заказы для церкви и знатных синьоров. Наш же герой жил в провинциальном городе. Он никак не мог тягаться по статусу и популярности со своими великими современниками – Рафаэлем и Микеланджело. О нем не счел нужным даже упомянуть Джорджо Вазари (1511–1574), художник, архитектор, биограф и автор книги «Жизни» (Le Vite, 1550) – жизнеописания знаменитых живописцев, скульпторов и зодчих эпохи Возрождения.

Во времена Палладио архитектурные карьеры начинались поздно: Филиппо Брунеллески исполнился сорок один год, когда он участвовал в конкурсе на строительство купола собора Санта-Мария дель Фьоре во Флоренции. Донато Браманте пригласили возглавить строительство собора Святого Петра в тридцать семь лет. А Микеланджело впервые попробовал себя в зодчестве в сорок шесть лет. В те далекие времена не существовало архитектурных гильдий и ассоциаций. Юноша, мечтавший стать архитектором, не имел возможности пройти практику или получить специальное образование. Быть архитектором не значило владеть профессией. Скорее это указывало на занимаемую должность. Архитекторами эпохи Возрождения становились зрелые мужи, добившиеся признания в какой-нибудь области искусства. Так, Брунеллески был ювелиром и часовщиком, Браманте – успешным художником, а Микеланджело – выдающимся скульптором и художником.

Палладио же стоял особняком – у него не было ни художественного образования, ни особых заслуг. Андреа родился в Падуе, бывшей в то время частью Венецианской республики, в семье Пьетро «делла Гондола» (Pietro «della Gondola»). В 1524 году он переселился в Виченцу, где начал работать в камнерезной и скульптурной мастерской Бартоломео Кавацца, печально известной скверными условиями работы. Дважды пытался оттуда сбежать. Вторая попытка была удачной, и Палладио перебрался в Виченцу же на работу в мастерскую Сан-Бьяджо в квартале Педемуро. Её владельцы, Джованни ди Джакомо и Джироламо Питтони, были знаменитыми в Виченце скульпторами. У них Андреа выполнял работу, обычно поручаемую подмастерьям: капители, рельефы, фризы.

В 1534 году, Палладио женится. В жены он берет дочь уважаемого плотника Аллеградонну. По всей видимости, семейная жизнь складывается благополучно. Хотя бы потому, что не становится достоянием гласности. У них рождаются четверо сыновей и дочь. Этим и ограничиваются наши знания о домашних делах великого архитектора.

Андреа родился в обычной семье, занимался ремеслом и сам знал толк в кладке, что выгодно отличало его от других архитекторов. Он прекрасно разбирался в материалах и владел техникой строительства. С юности Палладио изучал основы классической архитектуры. «Десять книг по архитектуре» Витрувия – единственный труд римского архитектора, дошедший в эпоху Возрождения из древности, стал его учебником. Его талант патронировали известные меценаты: Триссино, Корнаро и братья Барбаро. Их имена сохранились в названиях вилл зодчего.

Один из них – князь Джан Джорджо Триссино, гуманист, интеллектуал и ментор, заменил Палладио рано умершего отца. Триссино познакомил Палладио с основами классической архитектуры, свел своего протеже со многими патронами искусства в Виченце, Падуе и Венеции и, наконец, именно он дал простому каменщику Андреа ди Пьетро делла Гондола имя Палладио в честь греческой богини мудрости Афины Паллады. По его совету будущий архитектор совершил свое первое путешествие в Рим, а по возвращении учитель стал его первым заказчиком.

При покровительстве Триссино Андреа познакомился со многими выдающимися памятниками римской античной и ренессансной архитектуры во время поездок в Верону (1538—1540), Венецию (1538—1539), Рим (1541—1548). А в 1550 и 1554 гг. он совместно со своим другом и коллегой Даниеле Барбаро посетил Сплит (Хорватия) и Ним (Франция), где тщательно обследовал памятники античной архитектуры. Андреа Палладио, отличающийся блестящей образованностью и прекрасным знанием античных авторов, после посещения величественных руин городов римской античности становится знатоком архитектурного наследия Древнего Рима и римских провинций. Опыт и творческие принципы Палладио сложились под влиянием внимательного изучения архитектуры и трактатов архитекторов XV в. и его современников. Из Рима Палладио привез любовь к колоннам и пилястрам (полуколоннам), а по примеру античных храмов стал украшать фасады церквей и загородных вилл фронтонами.

Самостоятельные проекты появились у Палладио достаточно поздно – архитектору было уже больше тридцати лет. Первый серьезный заказ он получил, выиграв конкурс в Виченце, - требовалась реконструкция городской ратуши, расположенной на центральной площади города, построенной столетием раньше. В его задачу входило придать зданию новый облик. Окружив ядро ратуши с большим центральным залом галереями в виде двухъярусной ордерной аркады и соединив таким образом элементы лоджии и архитектуры итальянского палаццо, Палладио придал ей торжественный характер монументального общественного сооружения. Мотив трехпролетной арки повторяется во всех четырех фасадах. Широкая полуциркульная арка покоится на малых сдвоенных (парных) колоннах у арочного основания и обрамлена с двух сторон большими колоннами дорического ордера в первом этаже и ионического — во втором. Мотив соотношения верхнего и нижнего ордеров, а также широкий разлет арок повторяются в обоих этажах и придают базилике римскую монументальность. В этой постройке формируется одна из основных особенностей его творческого метода — он создает новую систему пропорций ордеров и на ее основе придает особую конструктивную роль стене, которая словно пронизана ордером, придающим ей пластическую объемность и тектоническую ясность. По примеру древних римлян Палладио назвал это сооружение базиликой. Во времена Палладио там находился городской суд, а в галерее располагались торговые ряды, которые можно найти там и сегодня.

Архитектурный ордер, заимствованный Палладио у зодчих античности это тип архитектурной композиции, использующий определенные элементы и подчиняющийся определенной архитектурно-стилевой обработке. Ордер является воплощением стоечно-балочной системы, состоящей из вертикальных (колонны, пилястры) и горизонтальных (антаблемент) элементов. Появился он в Древней Греции. Название ордер происходит от латинского «ordo» — строй, порядок и впервые было употреблено теоретиком архитектуры второй половины первого века до нашей эры Витрувием, автором трактата «Десять книг об архитектуре». Различают пять классических ордеров: дорический, ионический и коринфский возникли в Древней Греции, тосканский и композитный — в Древнем Риме. Коринфский в Древней Греции почти не применялся и стал широко распространен в Древнем Риме. Также исследователи называют ордерами другие каноны в стилевом решении архитектуры, например большой ордер (колонны, пронизывающие несколько этажей) или раскрепованный ордер (колонны перед фасадом держат только отрезки антаблемента, но не несут всю его нагрузку).

Базилика - это сердце Виченцы, а Корсо, проложенная на месте древней римской дороги, - ее главная артерия. Многие из воздвигнутых Палладио домов в Виченце выходят на улицу Корсо. Задуманные как перспектива улицы, фасады построенных Палладио зданий рассчитаны на точку зрения или вдоль центральной оси Корсо - и тогда они выстраиваются в анфиладу, - или же фронтально, снизу вверх. Почти у всех нижняя часть здания решена просто, как пьедестал или цоколь, и лишь выше, там, где проем улицы лучше освещен, размещаются колонны и пилястры. Эти фасады в то же время являются стенами этой улицы, решенной как архитектурное целое, открытое для транспорта, стремящееся вдаль, с небом вместо свода. Все эти дома строились один за другим на протяжении тридцати лет, и каждый имеет свое лицо, оригинальное расположение различных элементов классической морфологии. Для Палладио эта улица была идеальным местом, где проходила жизнь города, что еще раз подчеркивается в его последнем произведении - театре Олимпико, на монументальной сцене которого открываются, в подчеркнутой перспективе, улицы с величественной архитектурой.

С 1558 года архитектор работал в Венеции, где возвел ряд церквей, городских палаццо, общественных построек, по заказам венецианской знати строил виллы в окрестностях Венеции и Виченцы.

Разумеется, самостоятельное натурное обследование памятников античной архитектуры помогло ему в постижении творческих тайн и секретов композиционного мастерства древнеримских зодчих и способствовало более глубокому осмыслению теоретического наследия античных философов, ученых и зодчих, прежде всего трактата древнеримского архитектора и инженера Витрувия. Внимательно изучая «Десять книг об архитектуре» Витрувия и развив его идею дома с атриумом и перистилем, зодчий создал новый тип городского дворца — палаццо. Ранние палаццо в Виченце ещё близки флорентийским палаццо XV века. В палаццо Кьерикати, начатом в 1550 году, соединены черты небольшого дворца и общественного сооружения. Фасад украшен открытыми колонными лоджиями в двух ярусах. По классической древнеримской схеме, применённой ещё в Колизее, в первом ярусе применён дорический ордер, во втором - ионический. Внутри палаццо устроены анфилады залов с центральным большим залом во втором этаже. Благодаря глубоким лоджиям фасад приобретает объемность и рациональную тектонику.

Палладио остроумно и тактично обыгрывает мотивы древнеримской архитектуры, изученной им в Риме и по трактату Витрувия. Он применяет сочетания колонн разной высоты и разных ордеров, нередко объединяя ими этажи здания. Накладывает портики и арки на простые геометрические архитектурные объемы, подчеркивая чистоту форм и гармонию их соотношений.

Это уже потом, получив в полной мере славу и известность, великий маэстро станет строить знаменитые итальянские палаццо – образец стиля и изысканности, а еще – великолепные церкви, используя каждый раз уникальный декор интерьера. Основными принципами архитектора были удобство, красота и долговечность и, как ни странно, польза. Каждая деталь, включая фасадный декор, прежде всего, подвергалась критике именно с таких позиций. Поскольку Палладио часто выполнял заказы на постройки частных вилл, находящихся на открытой местности, то тут и задача была не из легких: все фасады на виду, а это значит, что все они должны быть продуманы до мелочей. Колонны и портики, статуи – все шло в ход для создания уникального образа. И правда, каждая вилла Андреа Палладио не похожа на предыдущую. Отсюда и невероятная популярность великого мастера своего дела.

Слава о нем передавалась, что называется, из уст в уста: многие богатые люди того времени годами ждали, пока великий Палладио почтит их своим присутствием. Денег, как водится, на свои дома не жалели, отсюда удивительные архитектурные элементы, фасадные элементы из натурального камня, придающие невероятное благородство внешнему виду здания. Достаточно распространены также в те времена были декоративные колонны. Нужно сказать, что в зданиях, созданных великим Палладио, до сих пор сохранились декоративные элементы фасада, а общий стиль поражает воображение, несмотря на прошедшие века. Материалы для отделки фасадов домов, как правило, использовались местные, именно поэтому каждая вилла или палаццо выглядит настолько самобытно.

С именем великого архитектора связаны также и общественные здания: с большим удовольствием применял он свои знания и умения на славу своей любимой стране. Необходимо отметить, что он тщательно изучил римские развалины, «переработал» через собственное мировосприятие многие классические архитектурные каноны и изобрел нечто универсальное: архитектуру, которая при всей своей индивидуальности звучит настолько гармонично в общем рисунке зданий разных городов. Реставрация фасадов, созданных Палладио, даже сегодня является делом чести для многих известных современных архитекторов, а знания, изложенные итальянцем в авторских книгах, считаются достоянием истории мировой архитектуры. Одна из самых почетных общественных наград – звание «виднейший гражданин Венеции», получена маэстро в 1570 году.

А в 1994 году виллы Палладио в Виченце и окрестностях были объявлены ЮНЕСКО памятником Всемирного наследия человечества. К их числу относятся:

  • Годи-Малинверни в Лонего ди Луго, 1537—1542, 1549—1552;
  • Вальмарана-Брессан в Вигадолло ди Монтичелло Конте Отто, 1541—1543 гг.;
  • Пизани-Ферри в Баньоло ди Лониго 1542—1544, ок. 1561/1562-1566/1569 гг.;
  • Гаццотти-Марчелло в Бертизана, ок. 1542—1547; 1550—1555 гг.;
  • Сарачено-Ломбарди в Финале ди Агульяро, ок. 1545—1548;
  • Кьерикати-Риго в Ванчимульо, 1547/1548-1554, 1574—1580 гг.;
  • Кальдоньо в Кальдоньо, ок. 1548/1549-1552, 1569—1570 гг.;
  • Барбаро-Вольпи в Мазер, 1549—1558 гг. 1560—1562 гг.;
  • Пойяна в Пойяна Маджоре, ок. 1549—1556 гг.— все близ Виченцы;
  • Пизани-Плакко в Порта Падова, Монтаньяна (Падуя), 1552/1553-1555 гг.;
  • Корнаро-Габле в Пьомбино, в 30 км от Венеции, 1552—1553 гг.;
  • Сарего в Санта-София ди Педемонте (Верона), 1552/1553 (?) — 1569 гг.;
  • Бадоэр во Фратта Полезина (Ровиго), в долине р. По, 1556/1557-1563;
  • Фоскари («Ла Мальконтента») в Мальконтента ди Мира, близ Венеции, 1558 г;
  • Дзен в Чессальто в Донегал ди Чассальто (Тревизо), ок. 1558—1566 (?) гг.;
  • Эмо-Каподилиста в Фанцоло де Веделаго (Тревизо), ок. 1559—1565 гг.;
  • Форни-Коста в Монтеккьо Прекальчино (Виченца), 1560-е (?),
  • и ряд других.

Во второй половине XVI века венецианская архитектура выдвинулась на такой же высочайший уровень, что и живопись того времени, благодаря Палладио. Огромное количество последователей идей великого итальянца реализовалось в целое направление: палладианство. Человек-эпоха, как принято называть Андреа Палладио, оставил яркий отблеск своей славы потомкам.

Хотя работы Палладио и признаны одной из вершин культуры позднего Возрождения, но обязаны мы ему не только возможностью любоваться прекрасными строениями. Он был не только практиком, но теоретиком и историком архитектуры. Андреа Палладио подготовил и издал оригинальный альбом-путеводитель «Римские древности», трактат «Четыре книги об архитектуре», а также «Комментарии к Полибию» (не сохранились) и «Комментарии к Юлию Цезарю».

Наряду с созданием оригинальных по плановой композиции и пространственной структуре зданий, он одновременно подготовил обстоятельный теоретический трактат «Четыре книги по архитектуре», вышедший первым изданием в апреле 1570 года, который был переведен на многие языки. В этом сочинении, представляющем собой ренессансную интерпретацию трактата Витрувия «Десять книг об архитектуре», наряду с обмерами античных памятников Италии и Франции он поместил рисунки и схемы, иллюстрирующие разработанные им самим принципы архитектурной композиции.

В предисловии к своим «Четырем книгам об архитектуре» он напишет: «Так как я с юных лет получал великое наслаждение от всего, что касалось архитектуры, и в течение долгих лет упорной работы не только перелистывал все книги тех, кто, одаренные счастливым талантом, обогатили отменнейшими правилами эту благороднейшую науку, но и много раз ездил в Рим и другие места Италии и вне ее, где собственными глазами созерцал и собственными руками обмерял фрагменты многих античных зданий, которые, сохранившись до наших дней в качестве удивительных свидетельств варварского изуверства, в то же время в своих величавых развалинах служат красноречивыми и славными памятниками римской доблести и величия, то я, получив великий опыт и вдохновение в отменном изучении именно этого проявления античной доблести и с великим упованием вложив в нее все свои помышления, поставил себе задачей написать необходимые наставления, которые должны соблюдаться всеми одаренными людьми, желающими хорошо и красиво строить…».

Эта книга - итог эпохи небывалого расцвета архитектуры Возрождения, она содержит полный свод знаний, доступных тогда архитекторам. В ней есть обмеры важнейших исторических сооружений, проекты построек Палладио - ведущего архитектора своего времени. Трактат дает массу практических рекомендаций по строительству, и главное - в нем полностью изложена великолепная система пропорций, разработанная Палладио и составившая его прижизненную и посмертную славу.

Именно творческие произведения и теоретические сочинения Андреа Палладио стали заметным профессиональным явлением в художественной жизни Италии середины и, особенно, второй половины XVI века. Более того, творческие принципы зодчего непрерывно воплощаются уже на протяжении всех последующих столетий как в России и других странах Европы, так и Америки.

Если же говорить о проблеме изучения творческого метода Палладио по существу, то хотелось бы отметить несколько моментов. Палладио постулирует следующее – архитектор не должен «отклоняться от указаний природы и от простоты, присущей всякому ее творению».

Конкретизируя эту мысль, Палладио поясняет, что «непозволительно вместо колонн, предназначенных поддерживать тяжесть, помещать картуши – чрезвычайно неприятные для глаза понимающего» (Картуш – лепное, или графическое украшение в виде шита, либо не до конца развернутого свитка, на котором может помещаться герб, эмблема, или надпись). Он считает также, что украшения, которые сильно выступают вперед, угрожают падением и вызывают страх у тех, кто находится внизу. Кроме того, следует избегать карнизов несоразмерных с колоннами, ибо большие карнизы на маленьких колоннах или маленькие карнизы на больших колоннах придают зданию уродливый вид. Колонна должна быть цельной, прочной, надежной и устойчивой для лежащей на ней тяжести. Вот и все «секреты» Великого Мастера, которые очевидны для всех.

Главным мерилом красоты для Палладио выступает «глаз понимающего», а не какая-то математическая пропорция. Творческий метод Палладио основан на его мироощущении, которое сегодня нам может показаться архаичным, но это показывает не то, что Палладио устарел, а то, что мы сами ушли куда-то не туда. Вот что он пишет о своей деятельности: «…когда мы, созерцая прекрасную машину мироздания, видим, каких дивных высот она преисполнена, и как небеса в своем круговороте сменяют в ней времена года и сами себя сохраняют в сладчайшей гармонии своего размеренного хода, – мы уже не сомневаемся, что возводимые нами храмы должны быть подобны тому храму, который Бог в бесконечной своей благости сотворил…». По всей видимости, именно в этом отношении к мирозданию скрывается основная сила творчества Палладио. Для него это были не просто красивые слова. Он действительно воспринимал окружающий мир с трепетным благоговением и это не могло не повлиять на его творчество, ставшее неподвластным Времени.

Отдельный пассаж Палладио посвящает проблемам ориентации помещений, причем рассматривает все аспекты проблемы – в зависимости от времени года или времени суток. Комнаты, которыми больше пользуются летом, должны быть «велики и просторны и обращены на север, а предназначенные для зимы – обращены на юг и запад и скорее меньших размеров, чем первые, ибо летом мы ищем тени и ветра, а зимой солнца и, кроме того, небольшие комнаты нагреваются легче, чем большие». Комнаты, которые используются одинаково активно весь год, «должны быть обращены на восток, на зелень и на сад».

Проблемы ориентации оказываются напрямую связаны с выбором участка. О наиболее удачном месте дома Палладио снова говорит с точки зрения практики и эстетики: «Будет очень удобно и красиво, если удастся построиться на берегу. Река будет обслуживать дом и скотину, не говоря о том, что летом она дарует прохладу и прекраснейший вид, а угодья, сады и огороды – душа и отрада виллы – будут орошаться с великой пользой и красотой». Он рекомендует избегать стоячей воды, как крайне вредной для здоровья, и внимательно следить за солнцем, чтобы избегать перегрева. Размещение построек на участке Палладио уподобляет расположению комнат в доме: «участок должен быть разбит таким образом, чтобы одна часть не мешала другой».

Долгое время принципы, изложенные в трактате, воспринимались зодчими как практическое руководство. В течение трех веков архитекторы у Палладио черпали наиболее важные сведения и рекомендации о том, как проектируются все виды сооружений и что делает их облик гармоничным. В начале ХХ века к трактату обратились неоклассики, а в Советской России его влияние продолжилось до середины века - архитектура «сталинского классицизма» строилась по канонам Палладио. Чтобы не вдаваться в архитектурные подробности, проще всего вызвать в воображении Большой театр или районный Дом культуры — они таковы благодаря Палладио.

Часть 2, Часть 3